Совет экспертов на помощь правилам!

Почему принципы застройки исторического центра Самары невозможно описать в нормативных документах?

Продолжаем обсуждать перспективы развития так называемого «исторического центра» Самары. Архитекторы Самарской области спорят о том, какой статус, федерального или регионального исторического поселения, должен носить «старый город», а также, нужно ли ограничивать высотность застройки в историческом центре. Предыдущие материалы на эту тему читайте здесь. 

В эксклюзивном интервью Samara2050 Леонид Кудеров, кавалер медали ордена “За заслуги перед Отечеством”, почетный архитектор России, заслуженный архитектор Самарской области, член правления Самарского отделения Союза архитекторов России, председатель Экспертного совета по градостроительству при Градостроительном совете при Главе г. о. Самара, рассказал, как развитие гражданского общества связано с градостроительством, чем Самара отличается от других поволжских городов и почему в градостроительстве экспертный совет лучше градостроительных документов?

Люди, живущие на этой земле должны решать, как ей развиваться.

– Леонид Васильевич, чем нужно руководствоваться, принимая решения относительно принципов застройки исторического Самары?

– Статистикой и здравым смыслом.

– Есть темы, которые так или иначе касаются всех жителей Самары. Одна из них – развитие центра города. Я общался с экспертами, которые выступают как за придание статуса исторического поселения федерального значения, так и за региональный статус. Мне интересна ваша точка зрения…

– Перед тем, как ее анализировать я бы начал с мировоззренческих вопросов. Специально хочу  обозначить эти вопросы: построение гражданского общества и формирование институтов регионального и местного самоуправления.

 – Как они связаны с развитием центра Самары?

– Самоуправление – это значит, что люди, живущие на этой земле должны решать, как ей развиваться. Не в Москве решать, а именно в Самаре. И по-другому в цивилизованном мире не может быть устроено. Я могу это проиллюстрировать на принципе энтропии, определяющем устойчивость системы: чем выше уровень порядка между элементами, тем ниже устойчивость системы (читай государства). Это очевидные вещи, которые почему-то приходится объяснять вроде бы образованным людям. Поэтому довести вертикаль власти до того, чтобы решать в Москве судьбу каждого метра исторического поселения в Самаре – можно, но это рано или поздно  приведёт к утрате устойчивости системы.

Почему Самара не Саратов?

– Почему в Самаре разгорелась такая эмоциональная полемика по поводу судьбы исторического центра? Причина – экономические интересы?  

– Причины, на самом деле, объективные. У нас  не случилось бы эмоциональной полемики на этот счет, если бы наш город развивался по стандартным градостроительным канонам, характерным для большинства Поволожских городов, в которых  совпадают географический и исторический центры. Где все шло нормальным историческим путем, ввиду того что стоимость земли в самом центре всегда была наивысшая. И поэтому центр из столетия в столетие перестраивали.  Старые дома сносили, на их месте строили новые, побольше и более капитальные. Таким образом к началу 20 века деревень в центрах крупнейших городов уже не осталось: они естественным образом исчезли из центров Нижнего Новгорода, Казани, Саратова, что было обусловлено дороговизной земли. У нас же в Самаре  за счет излучины двух рек произошло географическое смещение центра, в результате чего стала смещаться ценность территории, и почти целый век советского времени старый центр был инвестиционно не привлекателен,  в силу того, что строить на свободных от застройки территориях всегда выгодней.

– Один из тезисов, почему нужно передать управленческие решения по историческому центру в Москву – за последние 30 лет мы сами ничего сделать не смогли…

– Архитектура, проектирование – очень конкретные вещи. Вот есть архитектор Кудеров. Почти все что было построено по моим проектам получило премии. Работал я и в историческом центре – запроектировал половину 21-го квартала, создал знаменитый дом «Муха» напротив театра Драмы, проект застройки на улице Льва Толстого тоже мой. Так что все зависит от конкретного архитектора.

 – Как вы в своей работе взаимодействовали с органами по охране памятников?

– В разные периоды – по-разному. Зачастую их позиция по ограничению  параметров объектов бывает ортодоксальной, хотя, в данный момент времени она более умеренная, но при этом весь центр покрыт охранными зонами памятников. При том, что  можно  было бы, уменьшив количество памятников и границы охранных зон, перейти на 6-8 этажную застройку, традиционную почти для всех исторических городов мира. Но нет же, у нас хотят кое-где ограничить высоту зданий 10-ю метрами, будто мы уездный город. Нас почему-то так и не хотят видеть городом губернским.

Кстати, исторический центр очень неоднороден. Например, Самарский и Ленинский районы существенно отличаются по своей инвестиционной привлекательности. При этом Самарский район просто в бедственной ситуации. Если Ленинский еще может развиваться за счет системы саморегулирования рыночных механизмов, то Самарский район в очень сложном положении. Стоимость квадратного метра там сейчас около 48 тысяч рублей, то есть, практически равна себестоимости. А с учетом отселения это, может быть, и ниже себестоимости.

– Почему сложилась такая ситуация?

–  Сегодня в Самарском районе потенциального покупателя не устраивает, прежде всего, социальная среда. Там происходит буквально деградация. Если район законсервировать в нынешнем виде, это будет не только градостроительная, но и социальная катастрофа: мы законсервируем худшее из возможных состояний. Причем, социальные аспекты развития очень инерционные и развернуть их очень сложно. Так, когда в той же Англии поняли, что невозможно вылечить социальную деградацию в микрорайонах 50-х годов, предприняли радикальные меры – снесли.

Высотки строить можно!

– Какие новые дома в историческом центре вы считаете достойными?

– Из моих работ  достойно выглядит  дом «Муха»,  застройка по ул. Алексея Толстого, гостиницы Holiday Inn и та, что на Садовой у Вавилона. С точки зрения пропорционирования, композиции они очень хорошо вписаны в окружающую среду.

– Дома, которые вы назвали, не очень высокие. Вопрос дилетанта – какие дома можно строить в историческом центре? Можно здесь строить высотки?

– Можно, но с учетом градостроительной ситуации. Когда мне кто-то заявляет, что повсюду должна применяться одна норма, для меня это взгляд непрофессионала. Не может быть у архитектора, градостроителя, одной парадигмы. В истории градостроительства их было использовано сотни, если не тысячи, и каждая конкретная градостроительная ситуация подразумевает возможность применения нескольких из них. В конце концов та же Саграда Фамилия (полное название на каталанском языке — Temple Expiatori de la Sagrada Familia — церковь, расположенная в городе Барселона) – та же высотка. Или другой пример: на недавнем Градосовете сторонники ограничения этажности показали визуализацию одной из улиц исторического центра, которая состояла бы только из 2-3 этажных зданий, и там в ряд стояли 18 архитектурных уродцев. Так что не этажность определяет всё. Нам же навязывают необходимость материализованную жизнь десятков поколений втиснуть  в прокрустово ложе регламентов, способных  быть понятыми всеми. Но, так или иначе, каждая градостроительная ситуация индивидуальна: в одной ситуации увеличение этажности  возможно, в другой –  нет. Причем важна не только высота объекта, но и масса. И что же теперь прикажете преподавать общегородской аудитории и прокуратуре, что такое масса в архитектуре?

Обратите внимание насколько разнятся столицы мира: Лондон, Париж, Берлин, Нью-Йорк, который кстати почти ровесник Самаре. В Париже в историческом центре выдерживают нормативы по высоте, а в Лондоне прямо в центре строят высотки. Причем, тоже индивидуально – в Сити прямо у собора Святого Павла, пожалуйста, стройте, а в Челси и Кензингтоне нельзя. То есть, всё опять же индивидуально, не бывает, чтобы везде действовали одни и те же правила.

Кроме того, следует учитывать все градообразующие параметры, влияющие на объект, в том числе, доминанты, которые вокруг уже существуют. Сегодня в Самаре  мы уже имеем в центре абсолютно новую градостроительную ситуацию, созданную за последнюю два десятилетие. Новые объекты уже стоят, их невозможно не учитывать, и к ним нужно грамотно подойти.

Нельзя прописать все градостроительство в законах. Но можно, как, например, в том числе, в Нижнем Новгороде, создать многоступенчатую систему фильтрации. Там в центре проектируют архитекторы только высокого уровня. У нас же ситуация обратная. Я более 30 лет являюсь  членом Градостроительного совета и членом правления Союза архитекторов, и при этом близко  не знаю авторов 80% домов, построенных в исторической части Самары, а если мне назовут их фамилии, они мне ничего не скажут.

Решать должен Экспертный совет!

– Как вы видите эту «систему фильтрации» градостроительных решений в практической плоскости?

– Очень легко. Уже сегодня существуют легитимные  фильтры при принятии градостроительных  решений, которые обойти сложно.  Для этого есть экспертный совет при Союзе архитекторов, затем экспертный совет при Главе города, затем Градостроительные советы при Главе города и при Губернаторе.

А если кто-то скажет, что наличие их противоречит Градостроительному кодексу, то я отвечу: в Нижнем Новгороде не противоречит, а у нас противоречит? И, кстати, любой застройщик знает, что если  он не захочет пройти процедуру Градостроительного совета, так как это не прописано в Градостроительном кодексе, то ему строительство в этом городе будет заказано. Это и есть то самое саморегулирование, о котором я говорил.

– А кто должен входить в эти советы, только местные специалисты?

– Нужно стараться решать местными силами. Мы с этого начинали беседу: мы строим Гражданское общество и должны сами решать будущее своего города.

Нужно провести ревизию исторических объектов!

– Вы сказали, что у нас слишком много объектов, причисленных к объектам культурного наследия (ОКН). Как с ними нужно поступать?

– Для начала – провести ревизию. В этот список включены объекты, которые фактически таковыми не являются. Раньше органам охраны было выгодно, чтобы список исторических памятников был максимально большим.  Другой вопрос, что у них не было денег для их содержания в достойном виде, и  памятники медленно разрушались. Вы даже не представляете, какие на бумаге у нас есть памятники. Например, “знаменитый” дом Петровой. Его физически уже просто нет. А памятником его сделали потому, что когда-то в него, возможно, заходил Ленин, а, скорее всего, его родственница.

Каждая градостроительная ситуация индивидуальна!

– Резюмируя, как нужно строить в центре?

– Мне повезло, я работал в Англии, причем именно в историческом центре и по восстановлению памятника архитектуры. В связи с градостроительной деятельностью имел полезный опыт участия в судах. Исходя из опыта я понял, что нельзя выдумать одну парадигму и под нее подогнать все алгоритмы действий в исторической среде. До нас эту среду  создавали десятки поколений, использовавшие в своей работе сотни алгоритмов. Так что, если возникает огромная удача реализовать комплексный проект комплексной застройки в исторической части, пользуйтесь им. Но такие идеальные модели возникают раз в пятьдесят лет, и  нельзя говорить о том, что мы таким способом можем перестроить всю историческую часть города. Это экономически невозможно. А что возможно, так это, как и во всем мире, пользоваться той же точечной застройкой. И, кстати, нужно перестать ее демонизировать. Все проблемы возникают не от точечной застройки, а потому что работают не профессионалы.

Нужно просто очень правильно регулировать все действия исходя из конкретной градостроительной ситуации и понимания того, на каких экономических условиях застройщик осуществляет девелопмент. За рубежом в некоторых ситуациях застройщика, чтобы его привлечь в самые проблемные участки центра города, даже освобождают от налогов. А в другом случае, когда видят, что застройщик осваивает экономически выгодный участок, на него “навешивают” условия по благоустройству близлежащих территорий.

 – А как это сочетается с Градостроительным кодексом?

– Обязательно должно работать рамочное законодательство, но все возможные случаи прописать невозможно. Поэтому мы должны максимально внимательно относиться именно к процедурным моментам. Именно Градостроительные советы и Экспертные советы в большей степени способны регулировать все ситуации.

 – В связи с присвоением Самаре статуса исторического поселения регионального значения логично возникает вопрос: что это  значит для города и отрасли, что будет в практической плоскости?

– На данном этапе произошло не более чем торжество здравого смысла, на которое я и рассчитывал. Важно теперь принять взвешенные градостроительные регламенты, учитывающие существующую ситуацию и позволяющие историческому центру не только сохраняться, но и развиваться.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять × 3 =