Продавайся, кто может?

Какие банки останутся в Самарской области через десять лет и как они будут работать?

Возможно, не все помнят, но каких-то десять лет назад в Самарской губернии работало 19 местных банков. Сегодня их осталось семь, причем один из них, Русфинанс Банк, самарский только номинально. Местные предприниматели не имеют к нему никакого отношения. Фактически, это федеральный банк, подконтрольный банковской группе Societe Generale, зарегистрированный, так уж сложилось, в Самаре.

История гибели самарских банков требует отдельного летописца и, возможно, когда-нибудь он найдется. Сегодня у любого здравомыслящего человека возникает вопрос – переживут ли самарские банки ближайшие десять лет, и если «да», то кто именно. Какое будущее ждет банковский рынок в долгосрочной перспективе, как будет выглядеть банкинг через десять лет и какие региональные финансовые институты останутся на плаву, Самара2050 рассказал один из самых уважаемых экспертов, бывший министр финансов России, в недавнем прошлом член правления ВТБ и председатель правления ВТБ 24, а ныне председатель правления банка «ФК Открытие» Михаил Задорнов.

Стратегически мы ориентируемся на десятилетнюю перспективу.

– Тема нашего интервью – попытка моделирования будущего банковской отрасли в долгосрочной перспективе. У вас есть понимание, что произойдет с вашим бизнесом лет так через 25-30?

– Сейчас в отрасли никто по-настоящему не предполагает, что будет через 25 лет. Это просто невозможно. Стратегически мы ориентируемся на десятилетнюю перспективу. А строим бизнес-планы на 3-4 года вперед.

Мобильный банк станет основной площадкой.

– Тогда давайте возьмем горизонт планирования 10 лет?

– Что бы кто не говорил, офисный канал работы банков, безусловно, останется. Еще 20 лет назад мы слышали, что банковских отделений не будет. Но и в будущем офисный канал сохранится для ипотеки, консультаций с клиентом, инвестиционных консультаций… Он станет более компактным, но он останется. Будет меньше операций в банкоматах. Уже начался тренд сокращения операций в банкоматной сети. Идет перевод платежей в онлайн. Мобильный банк, именно из смартфонов, станет основной площадкой для проведения банковских операций. Я этого не боюсь. Мы и телекомы защитим клиентские данные, будем работать над тем, чтобы это было максимально безопасно для клиента. Да и сами люди будут более тщательно относиться к раздаче своих клиентских данных, научатся общаться с мошенниками, которые все чаще вторгаются в нашу жизнь. Три четверти операций в итоге сместится в дистанционные каналы, но офисы останутся. Будет новый микст каналов.

Очень сильно сократится доля наличных, поэтому инкассация, хранилища, в существенной степени уйдут из жизни. Сократится количество банков, финансовых учреждений. И банки станут, как ни банально, финансовым супермаркетом. В одном офисе вам сразу будут предлагать инвестиционные услуги, страхование, какие-то новые услуги, возможно, гарантии на образование, здравоохранение. Это если говорить о клиентах-физлицах.

Собственники предприятий тоже захотят, чтобы у них был выделенный менеджер, место в банке, куда их специалист сможет приходить.

Одновременно сильно сократится пространство ритейла в целом. Не будут россияне так много ходить по торговым центрам, как это делают сейчас, изголодавшись по потребительскому буму. Изменится само поведение людей. Куда они пойдут – это отдельный вопрос.

Мы получаем предложения о покупке региональных банков.

– Сегодня у региональных банков есть перспективы? Они смогут выжить в конкурентной борьбе с федеральными компаниями, или собственникам целесообразно вести переговоры о продаже бизнеса?

– За последние 5 лет банковский сектор де-факто сильно консолидировался. На 1 апреля 2019 года в России работает 435 банковских лицензий. Но топ-двадцать крупнейших банков страны концентрируют 82% активов банковской системы и примерно такое же количество частных депозитов. Такова сегодня концентрация активов и капитала. Здесь Россия не сильно отличается от европейского и американского рынка. Там концентрация еще больше, таким образом, это общемировая тенденция.

При этом на российском рынке, если без иллюзий, активного экономического роста нет, а на рынке финансовых услуг растет производительность труда. То есть, требуется меньше отделений. И если экономика не растет, ей, по определению, не требуется то число финансовых учреждений, которые были на рынке страны в период бурного роста экономики. Не только банков, но и тех же самых пенсионных фондов, брокерских компаний.

Поэтому сама по себе концентрация на банковском рынке определяется, к сожалению, динамикой, не быстро растущей, а где-то даже стагнирущей экономики. Просто требуется меньше игроков.

Ситуация с точки зрения региональных банков… Это вовсе не означает, что все региональные банки прекращают свое существование. Хотя, не скрою, и в прошлых проектах, и сейчас мы получаем предложения о покупке региональных банков. Прежде всего, это предлагают промышленные компании, группы, которые ранее владели банками, а сейчас понимают, что это для них не профильный бизнес. Не только банковский. Кто-то владел и средствами массовой информации, и социальными объектами. Сейчас, при сокращении издержек, все хотят оставить профильный бизнес и избавиться от непрофильного. Поэтому такие сделки будут происходить.

Но кто тогда останется на рынке из региональных банков? Тот, кто имеет хорошие позиции в регионе, у кого есть капитал и, часто, нишевой бизнес. Под нишевым я имею в виду, например, кредитование какой-то конкретной отрасли: золотодобычи, рыбной промышленности. Это требует знаний специфики бизнеса, опыта и сложившихся отношений с партнерами. Такие банки останутся. Останутся банки в некоторых финансово-промышленных группах, где собственники захотят сохранить свой собственный банк.

Да, в Самарской области за последнее время целых ряд игроков сошел со сцены. Значит, их собственники вели не самую грамотную или не самую стратегически верную политику на рынке.

Мы будем защищаться.

– В этой ситуации стоит молодым людям сегодня планировать карьеру в банковской отрасли? Говорят, что лет через десять банковских служащих заменит искусственный интеллект…

– Искусственный интеллект никогда полностью не вытеснят человека. Вы бы хотели лечиться у робота? Или общаться в банке только с роботом. Человеку всегда останется место.

– Сейчас на банковский рынок приходят компании, которые ранее не занимались финансовым бизнесом, прежде всего, телекоммуникационные операторы. Вы считаете их конкурентами?

– Считаем и они являются конкурентами уже лет 15. Но, если сравнивать с 2005 годом, например, ситуацию на рынке платежей, и взять банки, телекомы и компании типа Kiwi, вы увидите, что доля банков выросла по сравнению с нашими конкурентами. Да, попытки войти на наш рынок продолжаются. Не буду выдавать все наши контрмеры, но могу сказать, что многие из них основаны на базовом законодательстве. Есть страны, где небанковские  организации могут проводить целый ряд операций, а есть, например, Япония и Россия, где, в силу ряда обстоятельств, фактически по закону многие операции могут проводить только банки. Поэтому да, конкуренция есть, но мы будем защищаться и свою долю рынка банки не отдадут.

– Краудфайтинговые технологии, когда предприниматель собирает деньги с будущих потребителей, могут стать конкурентами банковского займа?

– Это работает, но так можно привлечь небольшие суммы. Это может быть заменой кассы взаимопомощи. Очень большие деньги вы не привлечете. Ключевой вопрос – доверия. Будет много инициатив, но они не заменят сложившуюся систему. Базовые вещи – сбережение, принятие на себя риска, в первую очередь, риска кредитования. Несколько базовых функций банков не заменит. Поэтому слухи о сворачивании банковской отрасли сильно преувеличены.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

13 − восемь =